Бильбо замер в нерешительности, потом вздохнул.

- Ладно. - выговорил он. - Отдам."

Запомни эту сцену. Трудно отказаться от власти. Трудно отдать Кольцо, даже если ты ненавидишь его. И Толкиен еще раз повторяет:

"Кольцо Всевластия... само по себе сторож. Это оно может предательски соскользнуть с пальца, а владелец никогда его не кинет. Разве что подумает, едва ли не шутя, отдать его кому-нибудь на хранение, да и то поначалу, пока оно еще не вцепилось во владельца."

Никто до Джона Толкиена не изображал могущество власти с такой беспощадностью. И именно ему принадлежит первая формулировка фундаментального положения социологии, которое я называю теоремой о перерождении:

"Раньше или позже - позже, если он сильный и добрый, - но владельцу Кольца суждено превратится в прислужника Темных Сил, над которыми царит Черный Властелин."

Проблеме перерождения посвящены многие страницы "Хранителей". Верховный мудрец Совета Саруман Белый совершает предательство, едва он принял решение завладеть Кольцом. Боромир, истинный рыцарь, смертью заплатил за желание воспользоваться им - для самой, что ни на есть, благородной цели - борьбы с захватчиками его Родины. И Гэндальф, чаще других героев выражающий мысли автора, говорит Главному Хранителю Фродо:

"Будь у меня такое страшное могущество, я стал бы всевластным рабом Кольца... Кольцо знает путь к моему сердцу, знает, что меня мучает жалость ко всем слабым и беззащитным, а с его помощью - о, как бы я надежно их защитил, чтобы превратить потом в своих рабов."

Отказывается от Всевластия Галадриэль. И подводит итог Элронд, вождь эльфов, свидетель всех трех эпох средиземья:

"Светлые Силы... не могут использовать кольцо Всевластия. Нам это слишком хорошо известно... В нем скрыта огромная мощь... так что и владеть им может лишь тот, кто наделен поистине великим могуществом.